Введание писателя в рынок
Виктор Топоров: "Пишите скучно, но чтобы это продавалось, как Томас Манн"
- Что это за премия? Кому она нужна и кому это выгодно?
- Самое интересное, что эта премия носит выраженно-альтруистический характер. Она невыгодна никому, кроме лауреатов, финалистов, кроме остальных писателей и всего литературного процесса.
- А кто ее придумал?
- Имена будут объявлены в процессе. Тайны тут никакой нет - единственно, как всегда во вновь учреждаемом деле, ведутся переговоры - кому хочется оказаться в этом списке, кому нет. Есть ядро, которое преисполнено решимости и обладает материальными средствами, чтобы премию создать.
- Как пойдет работа?
- Первым делом будет опубликован список номинаторов, точнее, людей, которым мы предлагаем стать номинаторами. Каждый вправе принять или отказаться от нашего предложения.
- Кто будет их отбирать?
- Оргкомитет. Но список будет широким, 50-60 человек (в основном критики, "разбавленные" писателями и издателями), с "запасом" - учетом того, что откликнется хотя бы половина номинаторов. Хотя хотелось бы привлечь самых разных людей. Ну, а какая группа из этого списка проявит активность, этого мы не знаем.
- Это похоже на "список Березовского" - для управления "Телетрастом". Сначала предложим, потом посмотрим, кто откликнется...
- Чрезвычайно! Но это скорее случайное совпадение. У нас все открыто и прозрачно. Примерно в месячный срок номинаторам будет предложено прислать одно-два произведения, сопроводив их сравнительно развернутой заявкой. Следом мы публикуем в прессе список большого жюри, члены которого также должны подтвердить свое участие, и тогда с ними заключается контракт. После этого публикуется список номинируемых произведений с указанием, кто кого прономинировал, - и большое жюри их читает. На это отводится довольно значительное время.
- А кого хотите в номинаторы?
- Есть, например, Академия российской словесности - это сорок критиков, из которых можно предложить номинаторов, есть еще пресса, журналисты, обозреватели, издатели. Думаю, примерно половину номинаторов составят критики, четверть - издатели, четверть - писатели. Вообще это сложный момент, мы будем сводить воедино разные списки - сейчас они еще не готовы.
- Чем в принципе "комплектование" большого жюри отличается от состава номинаторов?
- Это будут просто разные люди. Есть и некоторые тонкие моменты. Открою свою тайну: я лично не предлагаю в большое жюри (а, наоборот, включаю в число номинаторов), скажем, заведующих отделами прозы толстых журналов. Я думаю, им хватает произведений, которые они читают в журналах, чтобы заставлять их читать еще 20-30 книг. Им, естественно, быть в номинаторах, а не в большом жюри.
- А малое жюри?
- В этом списке будет, я бы сказал, преобладание писателей - это семь-восемь человек, и в качестве почетного председателя - довольно известный общественный деятель, скорее всего политик, и политик телегеничный! Поскольку присуждение премии будет проходить в прямом эфире одного из телеканалов 25 мая. Сразу скажу, что политические убеждения этого политика не играют роли. Но, главное, председатель жюри должен прочитать пять-шесть книг финалистов, ведь может сложиться ситуация, когда его выбор станет решающим.
- Все-таки, в чем разница с другими премиями?
- Главная идея - в отличие от остальных премий, которые на какое-то время, обусловленное суммой приза, выводят писателя из рыночной игры, подстилают ему соломку и кормят бутербродом с маслом, - главная идея состоит в том, чтобы, напротив, ввести писателя в рынок, простимулировать создание произведений, которые обладают рыночным потенциалом (создать рыночный спрос - это уже задача наша, оргкомитета). То есть пишите как угодно, только не скучно, или скучно - но так скучно, чтобы это продавалось, как продается Томас Манн. И вместе с тем идея премии - показать и издателям, и людям, живущим в литературном процессе, что хорошую книгу надо раскручивать. "Талантам надо помогать, бездарности пробьются сами".
- Вы кроме прочего являетесь главным редактором издательства "Лимбус Пресс". Может, сама премия нужна просто для отыскания новых авторов для "Лимбуса"?
- Ну давайте разбираться. Если у "Лимбуса" (при всем уважении к работодателю) есть столько денег, сколько нужно на эту премию, - зачем вообще чего-то делать? Кроме того, книга лауреата премии будет издаваться при участии фонда "Национальный бестселлер". И деньги, от ее продажи вырученные (если, конечно, таковые будут), пойдут частично на развитие премии - то есть в фонд, может быть, на раскрутку финалистов, если они нас заинтересуют, а большая часть - на возврат кредита, который будет взят для издания книги.
- Но есть ведь еще спонсорские деньги...
- Да, это именно меценатские пожертвования. На три года вперед есть твердая гарантия наличия спонсорских средств. Есть твердый бюджет премии, начиная с первой пресс-конференции и заканчивая вручением премии победителю. Что касается издания книги - этот бюджет просчитать невозможно.
- Вы рассчитываете на то, что в результате работы механизма премии реально появится что-то действительно выдающееся?
- На что-то незаурядное, из ряда вон выходящее мы, разумеется, надеемся, но рассчитывать на это смешно. Мы хотим задать механизм, который есть на Западе: когда присуждение премии автоматически приводит к многократному росту продаж книги. У нас, как вы знаете, этого не происходит начисто.
- Скорее наоборот: вручили премию, отметили и забыли.
- Точно. Но если мы за три года создадим прецедент - и убедим всех, что это хорошо, мы, может быть, придумаем еще что-то новое. А если ничего не получится - значит, ничего не получится!
- Но когда вы берете любой кредит - это делается под какие-то гарантии. Кто в данном случае выступает гарантом?
- Это хороший вопрос, но я не готов ответить. Просто не знаю. Меня привлекли как литературный мозг.
Беседовал Александр Вознесенский
