Одним из важнейших художественных событий лета 2002, мертвого сезона по меркам большого города, стал образовательный проект ВАШГД (Высшей академической школы графического дизайна) "Летняя школа". Для ВАШГД это первый опыт коммерческого экспресс-курса, адресованного практикующим дизайнерам, желающим не только повысить свою профессиональную квалификацию и расширить круг необходимых знаний, но и, что совсем немаловажно, войти в тусовку (большую часть летних студентов составили представители других городов, по объективным причинам не вовлеченные в общий контекст дизайн-процесса и довольствующиеся в основном не слишком обильной информацией из сети.) Итак, летняя школа - это две недели глубокого погружения в профессию в компании обладателей самых громких имен в области теории и практики графического дизайна, таких, как Владимир Ефимов, Евгений Добровинский, Сергей Серов, Юрий Гулитов, Владимир Чайка, Андрей Шелютто, Эркен Кагаров, Борис Трофимов и других. Среди бесспорных удач эксперимента - его весьма узкие временные рамки, спонтанная, импровизационная природа, чудовищное обилие информации на единицу времени, постоянная работа в режиме "быстрого задания" (задание на пять минут, обсуждение - на пятнадцать, и так - в течение 8-10 часов каждый день без выходных) и (возможно, самая существенная) необходимость все задачи решать вручную, не прибегая к помощи компьютера. Это обстоятельство не только моментально обезоружило большинство участников и заставило их испытать жесточайший дигитальный голод, но и перевело разговор в принципиально иную плоскость, где все впервые, где каждое движение решает все, где невозможны быстрые и безболезненные исправления, где действуют иные правила, всему надо учиться снова и искать другие решения уже знакомых задач. Все эти тонкости хорошо заметны на примере хотя бы трех из предложенных студентам дисциплин: каллиграфии, шрифтового проектирования и типографики. Ни для кого не секрет, что книжки написаны буквами, что книжки бывает читать приятно или неприятно, удобно или нет, все знают или догадываются, что есть книги для торжественного стояния на полках, для утомительных поездок в метро, для лежания на пляже и даже для сидения в сортире, однако не многие, в том числе и среди профессионалов, связывают эту разницу с тем, как, из чего и почему книжки сделаны. Так, на вопрос о происхождении наборных знаков студентами было высказано большое количество версий; в тройку безусловных лидеров вошли следующие: шрифты берутся "с дискеты", "из компьютера" и, наконец, "с Горбушки".

Настоящая история - в которой сначала появилась странного вида клякса или закорючка, затем в ней стала угадываться буква, которую увидели, полюбили, отрисовали, оцифровали и придумали, как ее можно использовать дальше, - конечно, сложнее. Но в кратком виде, от точки и линии до наборной полосы и многостраничного издания, ее можно проследить даже в "летних" занятиях. Тайну рождения разгадывали на уроках каллиграфии с Евгением Добровинским, который, кроме того, рассказал о вполне прагматической возможности использования каллиграфии в широком понимании этого слова (не только собственно буквописание, но и свободную графику кистью, бамбуковой палочкой, пером и любым пригодным для этого инструментом) для решения самых неожиданных и разнообразных дизайнерских задач (от изготовления визиток и упаковки до собственно книги). Сам процесс каллиграфии чрезвычайно физиологичен, это очень искреннее занятие; положение тела, движение руки, ритмы дыхания, сердцебиение - вот что не в последнюю очередь влияет на результат помимо длительной практики и трудолюбия. Итак, каждый из студентов должен был написать свою букву; в результате получился целый кириллический алфавит из красивых, диковинных знаков, решенных самыми неожиданными способами, но, несмотря на техническое и стилистическое разнообразие, составляющих единый массив.

В более чем трехчасовой лекции Владимира Ефимова (одного из ведущих специалистов в области российского шрифтового дизайна и главного человека в шрифтовой фирме ParaType) речь шла о таких важных в наше время проблемах, как классификация и использование шрифтов. Сегодня существует немало хороших кириллических шрифтов, и теперь, когда по-настоящему есть из чего выбирать, соблазн употребить все сразу очень велик, поэтому разговор о родстве и различиях, происхождении и тенденциях весьма актуален, в том числе и для книжного дизайна. Большая часть заданных на лекции вопросов касалась как раз норм использования под одной обложкой шрифтов, принадлежащих к разным семьям и группам, так что ситуация рано или поздно должна скорректироваться. Тем более что следующим этапом эксперимента стал курс лекций Сергея Серова по типографике, где большое внимание было уделено именно книжному дизайну во всех его проявлениях. Самым скрупулезным образом были обсуждены три ситуации существования книги: классическая, модернистская и постмодернистская.

Конечно, быстрых результатов на поприще книжного дизайна ждать не приходится, ведь одна хорошая книга иногда - дело всей жизни. А пока уместно считать эксперимент удавшимся, всех участников довольными, а российский дизайн - вне опасности. Так что будем ждать следующего лета, новых и уже знакомых лиц и продолжения истории.